Конец романа (1999)

В приморском городке, где волны лижут ржавые остовы кораблей 90-х, Лика находит в подвале отцовской мастерской коробку с плёнками. Кадры, отснятые за год до её рождения, показывают мать — ту, что в семейных альбомах вырезана ножницами до дыр.

Плёнки мутные, с пятнами, будто слёзы эмульсии, а соседи, узнав о находке, внезапно вспоминают срочные дела. Кто-то ночами рыбачит у пирса, где когда-то исчезла лодка с её дедом. Кто-то шепчет про «долги», которые здесь принято платить молчанием. А Лика, разматывая катушки, замечает: на каждом третьем кадре — чьи-то руки, загораживающие объектив. *Её* руки?

Чем чаще она спрашивает, тем яростнее ветер с моря забивает песок в замки дверей, словно город сам стирает следы. Даже отец, обычно непробиваемый, как волнорез, впервые прячет глаза, бормоча что-то о «невыключенном утюге». А вчера на плёнке проявился кадр, которого не было: она сама, семилетняя, стоит на краю пирса. Но Лика *точно* помнит — в детстве боялась воды.

Сможет ли она перестать смотреть в прошлое — или станет тем, кто на этих кадрах, перечёркивая собственную память?