Эффект снежного кома (2022)

В засыпанной пеплом уральской глубинке 98-го года семнадцатилетняя Катя находит в подвале сгоревшей типографии коробку кассет с пометкой «Архив. Не стирать». Плёнки шипят голосами, которых нет в эфире местного радио: мужчина повторяет цифры, женщина поёт колыбельную на забытом диалекте, а в паузах — скрип шагов, будто кто-то записывал тишину. Но страннее другое: после каждого прослушивания в посёлке случаются совпадения — старуха у колодца напевает тот же мотив, а в школе исчезают страницы из учебников, где упоминались эти цифры.

Катя, дочь «исчезнувшего» геолога, знает: здесь вопросы задают шепотом. Но её толкает не любопытство — на одной из кассет она узнаёт голос отца, которого не слышала десять лет. Чем больше фрагментов она собирает, как пазл, тем чаще ловит на себе взгляды местных: почтальон подбрасывает записки с предупреждениями, а единственный друг детства внезапно уезжает, оставив на пороге кассету с её собственным голосом, записанным завтра.

Что если плёнки не фиксируют прошлое, а пишут будущее? Или того хуже — диктуют его? В посёлке, где каждое слово пахнет керосином и страхом, Катя стоит перед выбором: уничтожить архив, чтобы остановить эффект снежного кома, или вскрыть последнюю кассету, рискуя услышать в финале тишину — свою.