Жить будете! (1 сезон)

В сибирской деревне, где время будто застряло в ржавом ведре у колодца, шестнадцатилетний Алёша находит в полуразвалившемся сарае дневник. Не просто тетрадь — замшелые страницы пахнут бензином и полынью, а между строк проступает карта, нарисованная чьей-то дрожащей рукой. Деревня, оказывается, стоит на крестах: старые могилы, сгоревшая церковь, следы от шин на грязном снегу. Но главное — в углу карты мелко выведено имя его пропавшего отца, о котором все молчат, словно язык проглотили.

Алёша роется в прошлом, как в пыльном сундуке, но чем больше ответов находит, тем чаще соседи вдруг вспоминают, что «пора коров доить» или «печь протопить». Даже бабка Марфа, которая раньше ворчала ему вслед, теперь крестится, увидев его у старой пожарной вышки. А карта... она меняется. Ночью, под керосиновой лампой, символы на ней переползают, как муравьи, складываясь в маршрут к заброшенному руднику.

И вот в деревне появляется чужак — геолог с мутными глазами и той же фамилией, что была в дневнике. Он раздает сигареты, хлопает мужиков по плечам, но Алёша замечает: когда чужак смеется, на его сапоге блестит тот же странный знак, что и на обложке дневника — три перекрещенных крюка.

Сможет ли Алёша разгадать, что связывает мертвые страницы, живых и тех, кто уже под крестом — или прошлое, как сибирская метель, замечет его следы навсегда?